Почему невозможно понять абсолют. Последнее время больше занимаюсь дизайном и постоянно задумываюсь о функциях контента. Зачем тут это? Что оно делает? Частью чего это является?

Features — компоненты чего?

Хотя всё это сомнительно

То есть, основным методом является попытка, а не разработка идеи. Попытка рождает поле работы, на котором появляются «недолёты», «непопадания» и выявляются заблуждения. И работа становится простым исправлением очевидных недочётов имеющихся инструментов.

В модных и красивых местах типа Суварнабхуми я чувствую, что место меня «наполняет».

У неё контролируемая мимика милая и услужливая, очень контактная и сладкая. Но чем-то слегка пугающая, какая-то фальшивая.

Иногда можешь сформулировать, почему что-то «не нравилось» и ощущалось просто неправильным, только овладев новой классификацией, более чутким описательным понятием — и, обычно, спустя долгое время.

Красота включает в себя два аспекта

Как писал Кришнамурти, мы занимаемся тем, что жонглируем чужими, услышанными или прочитанными где-то тезисами и стараемся доказать друг другу правильность этих тезисов как своих.

Возможно, необходимым условием для восприятия красоты является иллюзия целостности объекта наблюдения и невозможность разложить его на составляющие части и законы сборки. Может, это и завораживает и вызывает желание бесконенчно смотреть и даже обладать — когда есть что-то, эффективное, работающее, целостное, очень комплексное, и при этом непонятно, как собранное и по каким принципам работающее.

Прикольно: всё, чего я хочу, и что «не получается», довольно легко выполнимо. Проблема не в техническом исполнении, а в том, что я никогда не берусь за дело.

В «сложных» делах тяжело не узнать, требования, не начать действовать. Тяжело столкнуться с действительностью: фактами о том, что меня что-то ограничивает, мне что-то не удастся, мне что-то не по корману и сейчас не удастся. С фактами о том, что кругом помойка, и клёвых кафешек не будет.

Когда я сталкиваюсь с чем-то, что не знаю, как сделать, я отхожу. Я продолжаю, только когда есть подходящие шаблоны, из которых я могу на ходу сложить рельсы перед собой.

Ex

Забавно: когда я вижу жирного человека, я объясняю это себе как «просто он внутри такой». Но если этот же человек возьмётся за себя и сильно изменится, для меня как бы закончится тот «он такой» и начнётся новый «ну он же такой».

Смотрю на тайку: идёт не до конца вставив ноги в шлёпанцы. Думаю: излишняя небрежность — попытка не ассоциироваться с этим местом и своим образом, она ими не довольна. Но всё исправится, и она сможет раскрыться и не тонуть в этом недовольстве.

Всё дело в желании сравнивать и искать лучшее. В том числе, и просветляться — искать лучшего состояния внутреннего мира. Желание утихает, и оказывается, что именно и было причиной неудовлетворённости, тоски, стремления и самокритики.

Что значит для меня тяга устанавливать приложения в App store? Именно официальные, при чём.

А то ad hoc это не работает. А ведь если работать по два часа и читать по часу в день, в год это выльется в огромную работу!

Кто луше знает, какой контент ставить на сайт? Мне хочется подойти со стороны интерфейса и сделать ответ на наиболее распространённый запрос.

Когда я чувствую запах цветов, мне хочется купить их, чтобы овладеть. Надо учиться не овладевать, а отпускать.

Просветления нет, так как некому просветляться. Хотела просветлиться личность, а оказывается, Я позади личности. Но как только выходишь за пределы роя мыслей, больше «некому» хотеть просветляться, так как «никто» тут не может хотеть. Есть Я, но Я не может хотеть. Хотеть может только личность, которой, как выяснилось, в принципе и нет.

Все «состояния» — внешне наблюдаемый эффект. И его причина — совокупность проявлений, но не какой-то специфический носитель состояний.

Устойчивый образ складывается для наблюдателя из того, что каждый раз, как он наблюдает, наблюдаемый объект проявляет реакцию. И наблюдателю кажется, что раз он каждый раз видит почти что одинаковую реакцию, то там есть что-то твёрдое, что-то присутствует, что является носителем этой характеристики. Но там всего лишь реакции, каждый раз дискретные и заканчивающиеся. А между ними паузы, когда характеристику наблюдать нельзя.

Почему мне кажется, что он мой? Потому, что у него такая особенность: он называет, формулирует происходящее. И, в том числе, происходящее внутри. У меня есть отношение, мысль / идея — и он её формулирует, произносит про себя. Иот этого мне кажется, что и я подумал, и я произнёс. Но подумал / почувствовал — я, а произнёс — не я, а «диалог».

— Пойдёмте, надо тренироваться! А то наша команда проиграет! — Позвольте, но я не состою ни в какой команде! — Мы же проиграем! Быстрее! — Сочувствую, но я-то при чём? Я не в команде.

ОЧЕНЬ большой, надо искоренять. Придёт и скажет: «Всё, Серёж, я не шучу. Я серьёзно, давай заканчивай! Я серьёзно.» И что дальше? Если я не буду «серьёзно»? Побьёт? Убьёт?

Опять меня мечет между несколькими практиками: будем наблюдать сердце — нет, аджну — нет, в носу — нет, будем делать параллельно випассану — нет, будем только дышать, но с випассаной.

Может быть, глазу нравится органическая сложность: это похоже на цветущую, добротно растущую зелень, лес, сад, в которых растут много разных видов, какие-то цветут, какие-то вьются. Ведь в этнических культурах так много растительной тематикии орнаментов, повторяюих ветвление и вьющиеся лозы.